Летящие к северу. Путешествие вверх - Страница 18


К оглавлению

18

Сдавленным от волнения голосом удильщик крикнул вслед быстро плывущей рыбе:

— Послушайте, не могли бы вы плыть чуть-чуть медленней, чтобы увидеть того, кто вам обязан самым ярким впечатлением, полученным в жизни?

— Должна ли я понимать услышанное, как напоминание о том, что мы встречались раньше? — слегка замедляя ход, спросила рыба.

— О, да! Мы беседовали о копеподах и водорослях. Моё имя Доло…

— …пихтис, — закончила рыба-созвездие, останавливаясь.

— Правильно! — в восторге выпалил удильщик. — Значит, и вы меня помните?

— Я обычно всё и всегда помню, — задумчиво произнесла рыба. — Когда мы расстались так неожиданно, я даже вспомнила, как называется то, что нужно водорослям и что есть в воде, но чего мы, рыбы, не видим.

— Вот как! — вежливо произнёс удильщик, который уже знал, что необходимо для водорослей, но тем не менее счёл неделикатным останавливать столь интересного собеседника.

— Водорослям нужны фосфор и… и…

— …азот, — подсказал Долопихтис.

Рыба-созвездие с удивлением взглянула на удильщика:

— Странно, очень странно, но мне показалось, что в начале нашего знакомства у вас были менее точные сведения о водорослях.

— Попросту говоря, у меня их не было совсем, — признался Долопихтис. — Но после беседы с вами я путешествовал наверх.

Рыба-созвездие с откровенным любопытством взглянула на удильщика:

— Вот как! Мне приятно видеть рыбу, в сердце которой мужество, а в голове — дух исканий. И я сочла бы себя обязанной, если бы вы рассказали мне немного о том, что вы увидели наверху.

Долопихтис был страшно смущён, ибо комплименты в свой адрес казались ему недостаточно заслуженными. Он даже расстроился, что испытания, выпавшие на его долю, были не так уж мучительны, а происшествия не столь опасны. Поэтому, рассказывая о своих встречах и приключениях, Долопихтис больше говорил о том, что он узнал, чем о том, что он пережил.

И когда он наконец рассказал о солнце, великом, разгоняющем мрак солнце, дающем жизнь, и о тревожном и волнующем ощущении, охватившем его, маленького удильщика, наблюдавшего закат, рыба-созвездие задумчиво обронила:

— Да, я тоже помню это необъяснимое ощущение, хотя это было очень давно и многое стёрлось в моей памяти. Но я по-прежнему думаю, что нельзя чувствовать себя счастливым, если ты не видел солнца и не пережил связанных с ним впечатлений, которые следует испытать раньше, чем умереть.

Долопихтис заметил, что рыба-созвездие прислушивается к долетавшим из темноты звукам. Удильщик смог хорошенько рассмотреть её профиль. Она оказалась плоской, почти круглой — с небольшим ртом и ничем не примечательными плавниками. Её кожа была коричневатого цвета, который ближе к пылающим звёздам приобретал серый оттенок. Обратившись в слух, рыба-созвездие, казалось, окаменела.

— Если я не ошибаюсь, — наконец произнесла она, — сюда со всех ног мчится Чёрный Пожиратель, и осторожность требует, чтобы мы удалились.

— О-о! — обрадованно воскликнул Долопихтис. — Это совершенно безопасно. Ведь он мой друг!

— Тогда придётся удалиться мне. Ведь он только ваш друг. Можете ли вы поручиться, что дружеские узы послужат достаточным основанием для его воздержания?

Долопихтис предпочёл промолчать.

— Не вы ли только что рассказали мне, уважаемый Долопихтис, что выполнение своих функций не более как долг перед природой, — сказала рыба, не дождавшись ответа удильщика. — Я вам поверила, — продолжала она, — и не хочу, чтобы вас мучили угрызения совести… — Она помолчала несколько мгновений и, опять не дождавшись ответа своего собеседника, спросила:

— Вы всё ещё хотите удержать меня?

Долопихтис смущённо ответил:

— Я не имею на это права. Но мы с вами ещё обязательно встретимся.

— Я была бы этому только рада. До свидания, но, на всякий случай, прощайте.

И рыба-созвездие быстро растворилась во мраке. Долопихтис удивился, каким изумительным слухом надо обладать, чтобы услышать приближение Чёрного Пожирателя.

Удильщик прислушивался, но даже сейчас ничего не мог различить, кроме тонкого писка, который никак не мог принадлежать его другу.

Однако спустя некоторое время он расслышал хрипловатый голос своего друга, и до него донеслись слова, заставившие его улыбнуться:

— Где ты, где ты, где же ты, мой бесстрашный Доли, отзовись!

— Я здесь! — звонко откликнулся удильщик.







И в следующее мгновение из мрака стремительно вынырнула хищная голова со злобными глазами и восторженно прохрипела:

— Наконец-то! Я так скучал без тебя и так беспокоился за твою жизнь!

Он проделал несколько танцевальных па вокруг Долопихтиса, свидетельствующих, очевидно, о его искренней радости от встречи с другом.

— Что же ты мне не сказал, — продолжал он, — что собираешься плыть наверх?

Долопихтис открыл было рот, чтобы сказать, что он страстно этого хотел, но не решался, но Чёрный Пожиратель не дал ему ничего ответить.

— Мы поплыли бы вместе, — продолжал он увлечённо и вдохновенно, — и я бы всегда был рядом с тобой в минуты опасности.

— Но я всё-таки вернулся целым, Хизи, целым, — улыбнулся Долопихтис.

— И тем не менее ты сейчас же немедленно дашь слово, что, куда бы ты ни решил отправиться вновь, ты возьмёшь меня с собой, а за это я дам слово выслушать рассказ о твоих приключениях до конца! — торжественно изрёк Хизи.

18